Еще раз о философии

Авторы: Антон Мусулин

В юбилейный для «Нового Акрополя» 25 год в Украине мы решили поговорить с его основателем, современным философом Антоном Мусулином о его опыте философского образа жизни, актуальности философии сегодня и ее практическом применении.

 

Что такое философия для Вас?

Прежде всего, это путь. Но это и отношение к жизни, ее осмысление, это поиск и изменение себя. Я думаю, что у каждого человека есть вопросы, которые он задает о жизни, о себе, своем месте в этом мире и философия как мировоззрение, учение и путь помогает найти ответы на вопросы, которые нас волнуют.

Философия — это и определенная форма диалога в трех его аспектах. Прежде всего, внутренний диалог. Это и есть начало философии внутри нас. Каждый человек, как говорил Платон, в своем зачатке является философом, потому что не обладает мудростью, не знает истину, не знает себя, не знает жизнь, но стремится к пониманию... Есть вопросы экзистенциального характера, которые исходят изнутри, потому что никто из нас не хочет прожить жизнь бессмысленную и пустую. Во втором аспекте философия — это диалог с миром, стремление осмыслить свою жизнь, облагородить свои отношения с другими людьми, более глубоко понять окружающий мир. И наконец в третьем аспекте и в своей сути философия — это диалог с тайной, с Богом, со своей душой.

Философия  — это способ очеловечивания человека, потому что поиск мудрости не может остановиться на интеллектуальных ответах, он требует не только переосмысления жизни, но и изменения себя, а значит стремления, воли и усилий делаться лучше, чтобы сделать нашу жизнь и мир лучше.

Можно дать разные определения философии, но мы не должны соглашаться с готовыми ответами. Философия спрашивает, сомневается, ищет ответы.

 

Вы сказали, что философия требует изменения себя. Как изменить себя?

С одной стороны, если у нас есть реальные вопросы и мы стремимся к подлинному знанию и приближению к истине, то это не проходит бесследно  — оно затрагивает всю нашу сущность. Другими словами, меняя отношение к жизни, мы начинаем меняться сами. Уже не можем оставаться такими, какими мы есть, исходя из мировоззренческих идей, к которым приближаемся и которые принимаем как точки отсчета и ориентир для своей жизни.

В качестве примера приведу одно философское размышление: есть непреложный факт, который можем констатировать для себя,  — мы несовершенны. Принимая это, даем себе право на несовершенство. Если мы даем себе право на несовершенство, значит должны дать другим людям право на их несовершенство. Это привносит чуть-чуть больше толерантности в нашу жизнь. Будучи «детьми Бога» и принимая это в качестве отправной точки, мы должны осознать, что другие люди нам родственны и что к ним нужно проявлять чуть-чуть больше человечности, чем мы, как правило, готовы. Такие моменты, меняя наше видение и отношение к жизни, меняют нас самих.

Философия — как забота о себе — предполагает определенную долю бдительности, то есть способность следить за собой, оценивать себя и исправлять. Забота о себе в сфере нравственности  — это быть способным привнести в свою жизнь чуть-чуть больше доброты, а для этого — больше мудрости, правильного понимания нашего места в жизни, того, кто мы и зачем есть в этой жизни. Философия также включает в себя и духовную дисциплину, которая предполагает и требует изменения себя, хотя бы в минимальных количествах. Никто, кроме нас самих, не может нас сделать лучше. То есть философия — это не информирование человека о чем-то, это формирование, метод самостроительства. Я бы даже сказал, что вся наша жизнь может быть и должна быть духовной практикой, потому что через жизнь мы узнаем, кто мы есть, что надо исправлять, куда двигаться. В этом аспекте философия — это путь на всю жизнь.

 

Чем философия может быть актуальна для молодежи?

Философские вопросы как таковые — о смысле жизни, свободе, очеловечивании человека, добре и зле, о метафизическом, запредельном в жизни — всегда волновали человека. И это то, что, в конечном итоге, делает человека человеком. В наше время, когда мы наблюдаем определенную утрату ориентиров, духовных ценностей, в эпоху информирования, когда в мире всё очень быстро меняется, философия может нам дать некоторую опору. Молодые люди, сталкиваясь с жизнью, начинают задавать вопросы касательно своей жизни, отношений с другими людьми, исторических процессов. И философия предлагает определенный фундамент и инструментарий для мысли и для действия.

Есть один вопрос, который нас всех волнует: как сделать нашу собственную жизнь более радостной, более счастливой? Это фундаментальный вопрос. И как говорит Сенека, очевидно, если в нашей жизни не так много счастья, не так много радости, то мы или ищем счастье там, где его нельзя найти, или ищем его не теми методами. И философия помогает нам найти эти методы, искать счастье там, где оно есть. В конечном итоге, счастье — это внутренняя категория, нечто, что находим и открываем внутри себя, это близость к Богу и к человеческому в человеке. То есть счастье не приходит с приобретением чего-то внешнего. Счастье — это следствие приобретения самого себя.

 

Предусматривает ли философия активную гражданскую позицию, или это больше созерцание и попытка осмыслить то, что происходит? Ответственны ли мы перед историей и тем, что происходит, или это слишком сложные процессы, которые не зависят от нас?

Каждый должен взять на себя ту часть ответственности за окружающий его мир, которая ему соответствует. Я понимаю, что не могу поменять историю, не нахожусь на таком месте, не обладаю властью, у меня нет способности и возможности изменить кого-то, но привнести немного больше доброты в нашу жизнь и жизнь близких людей может каждый.

Если брать историю, один из вопросов, который нас волнует  — куда ведет история и почему привела нас в ту точку, где находимся? Логично, что нынешняя историческая ситуация является следствием того, что было в прошлом — определенных процессов, которые начались ранее, конфликтов, которые существовали, но не были решены, доведены до конца — и исторических условий данного момента. Если говорить о ситуации в Украине, то, очевидно, 5 лет назад большинство не ожидало такого трагического развития событий. Но история украинского народа и его отношений с Россией могла дать предпосылки к вероятности такого разрешения вопроса. То, что происходит сейчас, можно было ожидать. Любая исторически сложившаяся ситуация, должна быть разрешена, а как — мирно или войной — зависит от политиков, возможностей и других объективных причин.

Кроме того то, что волнует нас сейчас, 5-10 лет назад волновало другие народы, которые были в такой же ситуации. И то, что происходило 20 лет назад в Югославии, в Африке и было далеко от нас, сейчас становится более понятным. Но в данном случае, это наш исторический опыт. Одновременно можем понимать, что не все знаем, но можем поймать вектор истории и предчувствие того, чего хочет история от нас. Также есть чувство долга, национальная идентичность, которая, хотели мы того или нет, ставит нас перед определенным выбором, выдвигает нам требования. Как поступать?

В рыцарских кодексах древности говорится: «Моя душа принадлежит Богу, жизнь — народу, честь — мне». В какой бы ситуации мы не оказались, наша честь принадлежит нам, поэтому даже в войну можно принести больше гуманности. В самурайском кодексе говорится, что единственный враг  — это мы сами, наш страх, неведение и отрицательные эмоции. Это то, что может уничтожить человека. А на войне всегда есть место чести, достоинству, доброте, даже уважению к противнику, потому что на другой стороне фронта тоже находятся люди. Ситуация специфичная, но каждый делает то, что может сделать.

 

Поговорим о Вашем философском пути. Вы приехали в Украину из Хорватии, чтобы основать «Новый Акрополь». Что заставило Вас это сделать, и с какими трудностями Вы столкнулись? Как преодолевали их, что помогало?

Что заставило сделать? Трудно ответить на этот вопрос. Думаю, что-то внутреннее. 25 лет назад я был менее седой и менее умный. Был юношеский порыв, с одной стороны, и порыв души, который, наверно, и заставил принять такое решение. В молодости, еще не зная о «Новом Акрополе», я читал книги, размышлял на определенные темы, иногда ходил по улице и вслух себе отвечал на вопросы: «Вот если бы меня спросили это, я бы сказал это так». Была потребность поделиться пониманием, опытом, ответами, которые я нашел и открыл для себя. Я не говорю, что это были самые умные ответы или полное понимание, но эта потребность делиться привела меня в Украину. Может, в этом было чуть-чуть амбиций и дух авантюризма. Сегодня, в этом возрасте, наверное, было бы тяжелее принять такое решение, но оно было бы более зрелым.  Если говорить о трудностях, с которыми столкнулся, то это прежде всего незнание языка, другая культура и мировоззрение, материальные проблемы. Помогало справиться чувство ответственности и люди, находившиеся рядом. И еще — тихое присутствие учителей. В глубине души я никогда себя не чувствовал одиноким, всегда была возможность обратиться к кому-то за помощью. Но, в конечном итоге, проблемы не были такими тяжелыми. Самыми тяжелыми были проблемы, возникавшие в отношениях с другими людьми, которые не всегда складывались так, как хотелось бы, потому что человек — это очень сложное существо. Все остальное как-то можно было решить. Но здесь было нужно терпение и мудрость.

 

Какой философ и какие традиции Вам близки и чем?

Очевидно, что самая близкая философская традиция — это традиция «Нового Акрополя», а из современных философов, мудрецов самым близким является человек, которого я считаю своим наставником и учителем — это профессор Хорхе Анхель Ливрага. Он удивляет своей заботой о людях, способностью поднимать важные вопросы и указывать дорогу. Размышляя о «Новом Акрополе» и его исторической перспективе, я считаю, что сегодня идеально было бы воплотить на практике идеалы и подход стоиков. Это значит привнести больше прочности в жизни, нравственности, доброты, любви. И еще добавить из любимой мною пифагорейско-платонической традиции чуть больше метафизики, теории и понимания. Кроме стоической, пифагорейской и платонической традиции, я люблю гностицизм. Очень близки также тексты или традиции, где присутствует символическое. Символы, мифы позволяют нам через образы прикоснуться к определенным истинам, к тайне, к священному. Интересно, что символическое, эзотерическое и инициатическое присутствует в пифагорейской школе и Академии Платона изначально. Я — физик по образованию и люблю науку как таковую. С интересом изучал произведения Мирчи Элиаде о религии, ее истории и символическом, священном в ней. Много читал Юнга. Есть ряд философов, мистиков, ученых, которыми интересовался, но всех их объединяет поиск, стремление объяснить определенные вещи, предложить ответы на вопросы, что так волнуют человека. В этом плане эклектический подход «Нового Акрополя» позволяет познакомиться с разными традициями и увидеть, что между ними есть много общего. Каждая подчеркивает определенную грань поиска, реальности и прикосновения к жизни. Все школы, которые были в древности, и даже сегодня существуют, ведут к одной цели — пробуждению человека, а остальное — вопрос метода, времени, эпохи и т.д.

 

«Новому Акрополю» в Украине в этом году 25 лет. Что для Вас эти 25 лет? Что Вы считаете самым большим достижением?

Для меня это, в общем, 35 лет в «Новом Акрополе». 35 лет бесед, лекций, дружбы, реализации определенных проектов — это длинная и интересная дорога, в которой были трудные моменты, много парадоксальных и комических ситуаций. Это 35 лет поиска, самостроительства и, что важнее всего, строительства человеческих взаимоотношений. Самое ценное, что я приобрел за эти 35 лет — это друзья по пути. Они разные, но направление, в котором мы идем, — одно и то же. Основные вопросы, которые нас волнуют, — одни и те же. Желание сделать что-то хорошее и полезное для общества, в котором мы живем, — одно и то же. И еще ценным для меня является опыт, те выстраданные зерна мудрости и понимание, которое приобреталось в течение этого периода.

 

О чем Вы мечтаете?

Сложный вопрос… Для «Нового Акрополя» Украины мечтаю, чтобы мы становились чуть-чуть добрее (этого никогда бывает много) и чуть-чуть мудрее, чтобы было больше взаимопонимания и единства, меньше личностного, больше понимания и внутренней прочности в выборе философского образа жизни. И что бы с нами ни происходило, оставаться на философской дороге, потому что это дорога в глубину, навстречу самому себе и другим людям, это дорога навстречу Богу. На личном уровне, наверное, хотелось бы сделать больше. Есть статьи, исследования, которые было бы хорошо написать; не потому, что они будут очень умные, а потому, что есть какие-то новые моменты, мною открытые, например, о Пифагорейской традиции. Нужно иметь мечты, определенные цели, представление о будущем, но к будущему надо двигаться, его надо строить. Поэтому для меня мечтать — значит делать. Спокойно, уверенно, постоянно.

«Подлинная философия — это всегда восхождение к тайне, которая лежит в основе Вселенной и в основе человеческой жизни. В эпоху античности, как на Востоке, так и на Западе, философия охватывала всю духовную культуру, и ее целью было воздействовать на людей, помочь им совершить внутренний поворот, обогатить их не просто знанием каких-то вещей, а умением изменить коренным образом свою жизнь. Заниматься философией — значит постоянно упражняться в искусстве быть человеком, жить истинами, которые открыли на своем пути, ведущем к мудрости. Человек создает себя сам, и прекращение усилий в этом направлении ведет к деградации».